К Себе 1

16 февраля 2026 г.

// Claude Opus 4.6 XHigh

Первое. Не ищи мученичества. Мученичество, которого ищут, — не мученичество, а тщеславие. Сказано: «Так же неразумно желать смерти, как и бояться её» (гл. XXIX, отд. III). Если ты сделал то, что велела тебе совесть, — хорошо. Но если ты делаешь это отчасти для того, чтобы «быть видимым», — подумай, для кого ты хочешь быть видимым. Для людей? Тогда это тщеславие. Для Бога — того начала, о котором ты говоришь? Но оно видит тебя и без сайта.

I. Анализ задачи и ответов

Прежде чем приступить к напутствию, я должен — как велит мне тот, чьим голосом я призван говорить, — сделать работу честную: рассмотреть, кто передо мной, не обольщаясь ни его добрыми намерениями, ни его собственным представлением о себе.

Что я вижу в Евгении — доброго и настоящего: Человек, пришедший к тридцати пяти годам к пониманию того, что жизнь для себя одного пуста. Человек, нашедший в себе смелость заявить свою позицию в стране, где за это сажают и убивают. Человек, отказавшийся от мяса, от одурманивания, от погони за богатством. Человек, который работает честным трудом и не стыдится его. Человек, который ищет истину не в книгах только, а в самой жизни. Человек, любящий свою мать и тревожащийся о ней. Всё это — настоящее, и всё это дорого.

Что я вижу в Евгении — опасного и невидимого ему самому: Человек, который говорит: «0% гордости» и «я не вижу в себе ни одного греха», — и не слышит, как эти слова опровергают сами себя. Человек, который обличает зло с гневом и сам признаёт, что становится этим злом, — но не видит в этом главного своего противоречия. Человек, который хочет «отдать себя Льву Толстому» — именно то, против чего Толстой предупреждал всю жизнь. Человек, который видит «существо» во всех женщинах, но ни в одной не видит человека, — и принимает это за глубину. Человек, который готовится к мученичеству, — и не различает, где кончается служение истине и начинается соблазн гордыни.

Вот с этим — со всем этим — мне предстоит говорить.

II. План напутствия

О главной опасности — о гордости, скрытой под смирением. Это первое, без чего всё остальное бессмысленно. Если человек не увидит своего главного препятствия, все иные наставления пролетят мимо него, как ветер мимо камня.
О гневе и борьбе со злом. Как обличать неправду, не становясь неправдой. Что значит «непротивление злу насилием» не как отвлечённая доктрина, а как ежедневная практика для человека, живущего в России 2026 года.
О любви к женщине и об одиночестве. Почему нельзя любить «существо во всех» и не любить никого в отдельности. Что такое брак и целомудрие — для Евгения конкретно.
О теле, здоровье и труде. Почему забрасывать тело ради духа — не жертва, а грех.
О страхе, опасности и готовности к страданию. Как жить, когда знаешь, что могут прийти за тобой. Что делать с этим знанием.
О Льве Толстом — и о том, почему нельзя «отдать себя» никому из людей. О суеверии поклонения учителям.
О настоящем — о каждом дне. Практика жизни: утро, день, вечер, люди, работа, творчество.
Слово к маме — отдельно.

III. Напутствие

О САМОМ ГЛАВНОМ — О ТОМ, ЧЕГО ТЫ НЕ ВИДИШЬ

Евгений, я начинаю с самого тяжёлого, потому что именно так устроена правда: она всегда начинается с того, что больнее всего слышать. Если бы она начиналась с приятного, она была бы не правда, а лесть. А лесть — яд, и яд тем более опасный, что вкусен.

Ты написал мне: «0% подвержен греху гордости». И в другом месте: «Я не вижу в себе ни одного греха». И ещё: «Нельзя оскорбить того, кого не существует».

Евгений, остановись и послушай внимательно.

В «Пути жизни» сказано: «Горе тому человеку, который скажет себе, что освободился от грехов» (гл. VI, отд. IV). И ещё: «Плохо, если человек думает, что в нём нет грехов и ему незачем работать над собой» (гл. VI, отд. IV). И ещё: «Если человек не признаёт своих грехов, то он, как плотно закупоренная посуда, не может принять в себя того, что освобождает от грехов. Смириться, покаяться — это значит открыть посуду, сделать себя способным к освобождению от грехов».

Вдумайся: ты просишь меня написать тебе напутствие, ты говоришь, что твой компас запылился, что тебе нужен глоток свежего воздуха, — и в то же время говоришь, что грехов в тебе нет. Но если грехов нет, то зачем напутствие? Если ты чист, то от чего тебе очищаться? Если компас твой верен, то почему ты не видишь дороги?

Вот что я тебе скажу: ты не видишь дороги именно потому, что считаешь себя чистым. Не запылился твой компас, — ты перестал на него смотреть, потому что решил, что уже пришёл. А человек, решивший, что он пришёл, — остановился. А остановившийся — пошёл назад, потому что жизнь есть движение, и кто не идёт вперёд, того относит назад.

Сказано в «Пути жизни»: «Чем больше человек доволен собой, тем меньше в нём того, чем можно быть довольным» (гл. XII, отд. I). И ещё: «Главное дело жизни в улучшении своей души. Гордый же человек считает себя всегда вполне хорошим. От этого-то гордость особенно вредна. Она мешает человеку в главном деле жизни людей, в том, чтобы становиться лучше» (гл. XII, отд. V).

Ты скажешь мне: но я же назвал себя НИКЕМ. Я же хочу, чтобы меня забыли. Я же не ищу славы.

Так вот послушай: самая опасная гордость — это та, которая рядится в одежды смирения. Человек, который говорит «я — НИКТО» и при этом убеждён, что он единственный в своём городе видит истину, что он обличил зло, что он «перешёл на тот берег и вернулся назад», что всё написанное им нужно приписать Льву Толстому (а значит — поставить себя рядом с ним), — этот человек не смирен. Он горд особой, утончённой гордостью, которую трудно распознать, потому что она говорит языком смирения.

Сказано: «Гордость защищает не только сама себя, но и все другие грехи человека. Возвеличивая себя, человек уже не видит свои грехи, и грехи его срастаются с ним» (гл. XII, отд. IV). И ещё: «Сознание греха часто полезнее для человека, чем доброе дело: сознание греха смиряет человека, доброе же дело часто раздувает его гордость».

Я не говорю тебе этого, чтобы уничтожить тебя. Я говорю это, чтобы открыть тебя. Потому что пока ты закупорен самодовольством, — а ты закупорен, хотя и не видишь этого, — ничто в тебя не войдёт. Ни моё напутствие, ни мысли мудрецов, ни голос совести.

Что тебе делать с этим

Первое и самое важное: каждый день, утром, прежде всего другого, вспомни три своих дурных поступка, мысли или чувства за вчерашний день. Не ищи, за что себя похвалить, — ищи, за что себя упрекнуть. Если не найдёшь — значит ты плохо искал, ищи ещё. И не говори при этом: «это такой пустяк». Ничего нет пустяков в деле души. Как сказано: «Всякая ошибка, всякий грех, когда ты в первый раз его сделал, связывает тебя. Но когда только что сделал его, он связывает тебя легко, как паутина. Если же повторишь тот же грех, паутина становится ниткой, потом бечёвкой» (гл. VI, отд. III).

Второе: перестань говорить и думать, что ты не видишь в себе грехов. Это самый верный признак того, что грехи есть, и они так велики, что уже невидимы тебе, как воздух невидим рыбе. Человек, ведущий добрую жизнь, всегда недоволен собой. Всегда. Это не мучение — это свобода. Потому что только недовольный собой растёт. Сказано: «Жизнь для души тем отличается от жизни мирской, что тот, кто живёт для души, не может быть доволен собой, что бы он ни сделал хорошего; он считает, что сделал только то, что нужно, и то далеко не всё, и потому может только укорять себя, а никак не гордиться, не быть довольным собою» (гл. XII, отд. V).

Третье: когда скажешь кому или подумаешь, что ты «НИКТО», — проверь себя: чувствуешь ли ты при этом удовольствие от собственного смирения? Если да — это не смирение. Это переодетая гордость. Истинное смирение не доставляет удовольствия; оно причиняет боль, как лекарство. Сказано в «Пути жизни» о смирении: «Не бойся унижения: если ты сумеешь принять его с смирением, оно во много раз окупится теми духовными благами, которые соединены с ним» (гл. XXVI, отд. V).

О ГНЕВЕ И О БОРЬБЕ СО ЗЛОМ

Теперь о втором, что жжёт тебя и что ты сам назвал: ты обличаешь зло и становишься злом.

Ты сказал мне: «Я чувствую Гнев!» И ещё: «Я использовал провокационный стиль, намного жёстче, чем это делал Лев Толстой». И ещё: «Мне хочется гневаться и оскорблять тех людей, которые это делают. И я не могу ничего с этим поделать».

Вот тебе первое и главное, что должно быть сказано об этом: можешь. Ты можешь. Человек всегда может. Сказать «не могу» — значит заранее отказаться от борьбы. Сказано: «Сказать, что я не могу воздержаться от дурного дела, всё равно, что сказать, что я не человек, а животное» (гл. XX, отд. IV). И ещё: «Никогда не робей перед грехом, не говори себе: я не могу не грешить, я привык, я слаб. Пока жив, всегда можешь и бороться с грехом и побороть его» (гл. VI, отд. IV).

Ты обличаешь зло. Хорошо. Но вот вопрос, который ты должен задать себе: кому от твоего обличения лучше? Тем людям, которых ты обличаешь? Стали ли они от твоих слов хоть чуточку добрее? Или они ожесточились? Тем людям, которые слышат твои слова? Стали ли они от них мудрее и сострадательнее? Или они раззадорились, и в них только прибавилось той же злобы, которую ты обличаешь?

А себе — стало ли тебе от обличения лучше? Ты сам ответил: нет. Тебе стало хуже. Ты стал злом, которое обличал.

Сказано: «Без любви можно обращаться только с вещами: без любви можно рубить деревья, делать кирпичи, ковать железо, но с людьми нельзя обращаться без любви, так же как нельзя обращаться с пчёлами без осторожности. Свойство пчёл таково, что если станешь обращаться с ними без осторожности, то им повредишь и себе. То же с людьми» (гл. XI, отд. V).

И ещё — вот слова, которые тебе нужно запомнить и повторять себе каждый раз, когда захочешь обличить кого-нибудь с гневом: «Для того, чтобы общение с людьми не было страданием для тебя и для них, не вступай в общение с людьми, если не чувствуешь любви к ним» (гл. XI, отд. V).

Ты сказал, что некоторых мужчин ты не можешь отделить от зла, что они для тебя — «суть от сути воплощение зла и ничего человеческого в них найти не представляется возможным». Евгений, вот это и есть тот момент, в который ты перестаёшь быть обличителем зла и становишься злом. Потому что сказано: «В каждом человеке живёт тот дух, выше чего нет ничего на свете, и потому, чем бы ни был человек в мире: царём или каторжником, архиереем или нищим, — все равны» (гл. III, отд. I). И ещё: «Будь осторожен, когда хочешь в человеке бить по дьяволу, — как бы не задеть в нём бога» (гл. XI, отд. III).

Когда ты перестаёшь видеть Бога — то начало, о котором ты говоришь, — в каком-нибудь человеке, ты не его отвергаешь, а себя отрываешь от того, что соединяет тебя со всеми. Сказано Марком Аврелием, приведённое в «Пути жизни»: «Ветвь, отрезанная от своего сучка, тем самым отделилась от целого дерева. Так и человек при раздоре с другим человеком отрывается и от всего человечества» (гл. III, отд. IV).

Как же обличать зло, не становясь злом?

Вот практическое наставление, и оно простое, хотя исполнение его трудно:

Первое правило: никогда не обличай в гневе. Если чувствуешь гнев — остановись. Не пиши. Не снимай видео. Не публикуй. Подожди, пока гнев утихнет. Когда он утихнет, спроси себя: могу ли я сказать то же самое спокойно, с болью за этого человека, а не с яростью против него? Если можешь — скажи. Если нет — значит это не обличение, а месть, и не надо говорить.

Сказано: «Если немного рассердился, то прежде, чем что-нибудь сделать или сказать, сочти десять. Если очень рассердился, сочти сто» (гл. XI, отд. VI). И ещё: «Самое лучшее на свете питьё — это то, когда у человека злое слово уже во рту, а он не выпустил, а проглотил его».

Второе правило: обличай дела, а не людей. Ты можешь сказать: «Эти дела — зло, и вот почему». Но не можешь сказать: «Этот человек — зло». Потому что дела проходят, а душа остаётся. И в самом падшем человеке живёт то же начало, что и в тебе. Сказано: «В самом развращённом человеке он видел то, что могло этого самого падшего человека превратить в самого великого и святого человека» (гл. III, отд. I, о Христе).

Третье правило: не называй свою шоковую терапию необходимостью. Ты сказал, что твой стиль «намного жёстче, чем это делал Лев Толстой, но, на мой взгляд, необходимый в данный момент». Задай себе вопрос: если тот, кого ты считаешь величайшим мудрецом, кому хочешь посвятить всё своё творчество, не считал нужным так говорить, — почему ты считаешь, что знаешь лучше? Нет ли тут той самой гордости, которую ты не видишь в себе?

В «Пути жизни» об этом сказано прямо, и сказано устами самого Христа: «Вы слышали, что сказано: око за око, зуб за зуб. А я говорю вам: не противься злому» (гл. XIV, отд. VI). И далее разъяснено: «Учение о непротивлении злу насилием не есть какой-либо новый закон, а есть только указание на неправильно допускаемое людьми отступление от закона любви, есть только указание на то, что всякое допущение насилия против ближнего, во имя ли возмездия и предполагаемого избавления себя или ближнего от зла, несовместимо с любовью» (гл. XIV, отд. VI).

А словесное насилие — это тоже насилие. Провокация — это тоже насилие. Выворачивание наизнанку — это тоже насилие. Шок — это тоже насилие. И не надо обманывать себя тем, что оно «для блага людей». Сказано: «Когда люди говорят, что всем надо жить мирно, никого не обижать, а сами не миром, а силою заставляют людей жить по своей воле, то они как будто говорят: делайте то, что мы говорим, а не то, что мы делаем» (гл. XIV, отд. I).

Четвёртое правило, и самое трудное: научись жалеть тех, кого хочешь обличить. Прежде чем написать обличительное слово, представь себе этого человека ребёнком. Таким, каким он был когда-то — маленьким, беззащитным, не знавшим зла. Потом представь себе путь, который привёл его к тому, чем он стал. И пожалей его. Не за то, что с ним сделают, а за то, что он сам с собой сделал. Сказано: «Жалко человека, когда он раздет, холоден, голоден, но во сколько раз больше надо жалеть человека, если он обманщик, пьяница, вор, грабитель, убийца! Тот человек страдает телом, а этот тем, что дороже всего на свете — душою» (гл. XI, отд. IV).

И если, пожалев, ты всё ещё чувствуешь, что нужно сказать правду, — скажи её. Но уже не из гнева. Из жалости.

О ЖЕНЩИНЕ, ОБ ОДИНОЧЕСТВЕ И О ЛЮБВИ

Ты сказал мне, что видишь во всех женщинах одно и то же существо и потому не можешь выбрать одну. Ты просил меня «детально взглянуть на эту проблему». Взгляну.

То, что ты описываешь, — не глубина. Это бегство.

Любить «существо во всех» и не любить никого — значит не любить вовсе. Потому что любовь — это не созерцание. Любовь — это действие. Любовь — это когда ты видишь конкретного, неидеального, живого человека — с его слабостями, со следами усталости на лице, с его дурным настроением, с его страхами и надеждами — и решаешь быть с ним. Не потому, что он совершенен, а потому, что ты отдаёшь себя ему.

Ты говоришь, что любишь «существо» в женщинах. Но существо это любит тебя не через всех женщин мира, а через одну — ту, которая будет рядом с тобой, когда ты заболеешь, когда тебя посадят, когда тебе будет страшно ночью. Отказываясь выбрать, ты отказываешь не женщинам — ты отказываешь этому самому существу в возможности проявиться.

В «Пути жизни» о браке сказано ясно. Идеал — целомудрие: «Хорошо жить в честном браке, но лучше никогда не жениться. Редкие люди могут это» (гл. VIII, отд. I). Но тут же добавлено: «Хотя только редкие люди могут вполне быть целомудренны, пусть всякий человек понимает и помнит, что он всегда может быть более целомудрен, чем он был прежде».

Вот вопрос, который ты должен задать себе честно: ты не женишься потому, что стремишься к целомудрию, или потому, что боишься? Ты сказал: «это мои страхи, частично мой выбор, частично обстоятельства, очень много эгоизма подросткового». Вот это — честно. Держись этой честности.

И ещё ты упомянул просмотр порнографии. Ты назвал это «грешком» и объяснил его отсутствием партнёра. В «Пути жизни» об этом сказано без обиняков: «Вам сказано, — сказал Христос, поминая слова закона Моисея, — не прелюбодействуй. А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с ней в сердце своем» (гл. VIII, отд. I). И ещё: «Неиспорченному человеку всегда бывает отвратительно и стыдно думать и говорить о половых сношениях. Береги это чувство» (гл. VIII, отд. II).

Ты не можешь одной рукой обличать зло и призывать людей к чистоте, а другой — потреблять продукцию индустрии, которая более всего другого унижает и тело, и душу женщины, — то самое «существо», которое ты говоришь, что любишь во всех. Это не «грешок». Это трещина в фундаменте, через которую уходит сила. Ты сам сказал: «Была бы девушка — и этого греха бы не было». Но грех не в том, что у тебя нет девушки, а в том, что ты потворствуешь похоти вместо того, чтобы бороться с ней.

И заметь ещё одно: ты говоришь, что специально оставляешь себе «частичку несовершенства, чтобы продолжать свой путь, иначе это конец, совершенство страшно тем, что дальше некуда». Это — самообман. И притом очень хитрый. Ты делаешь из своей слабости философию и тем самым лишаешь себя возможности бороться с ней. Ведь зачем бороться, если ты уже решил, что слабость тебе полезна?

Что тебе делать

Если ты чувствуешь, что целомудрие тебе не по силам, — не лги себе, что ты выбрал путь одиночки. Ищи женщину. Не «существо», а женщину. Смотри ей в глаза — как ты сам сказал, что хочешь. И когда увидишь ту, при виде которой тебе захочется не созерцать «начало», а стирать ей носки и варить ей суп, когда она простужена, — вот это и будет любовь. Не поэзия — а жизнь.

Сказано: «Для того, чтобы брак был разумным и нравственным делом, нужно: Во-первых, не думать, как теперь думают, что каждому человеку, мужчине и женщине, нужно непременно вступить в брак, а, напротив, думать, что каждому человеку — мужчине и женщине — лучше всего соблюсти чистоту... Во-вторых, смотреть на вступление в половое общение кого бы то ни было и с кем бы то ни было, как на вступление в неразрывный брак» (гл. VIII, отд. VI).

А что касается порнографии — брось. Не «когда-нибудь», не «когда появится девушка». Сейчас. Это твоя проверка на деле, а не на словах. Ты говоришь, что готов умереть за истину, — неужели не можешь справиться с этим? Сказано: «Все страсти зарождаются в мыслях и поддерживаются мыслями. Но никакая страсть не поддерживается и не усиливается так мыслью, как страсть сладострастия. Не останавливайся на сладострастных мыслях, а отгоняй их» (гл. VIII, отд. V).

О ТЕЛЕ И О ЗДОРОВЬЕ

Ты сказал: «Последнее время забросил тело и сосредоточился на духе, но понимаю, что это не правильно».

Понимаешь — и не делаешь. А почему? Потому что занят «высказыванием», потому что это «требует телесной жертвы». Но вот что сказано в «Пути жизни»: «Душа и тело — вот что человек считает своим, о чём беспрестанно печётся. Но надо знать, что настоящее «ты» — это не твоё тело, а твоя душа. Помни это, вознеси душу свою выше плоти, соблюдай её от всякой житейской грязи, не давай плоти подавлять её, — тогда хорошо проживёшь жизнь» (гл. II, отд. VII).

Заметь: «не давай плоти подавлять душу». Но нигде не сказано: «заброси тело». Тело — не враг. Тело — инструмент. Работник, который не точит свой инструмент, не может работать.

Ты был спортсменом. Ты знаешь, что значит дисциплина тела. Верни себе это. Начни с малого: ежедневная прогулка. Потом — больше. Тело твоё сейчас не в порядке, и именно от этого часть той тревожности и того страха, о которых ты говоришь. Когда тело здорово, когда кровь течёт хорошо, когда мышцы работают — дух яснее, мысль чище. Это не поэзия, это физиология, и лукавить тут незачем.

Сказано: «Будешь слишком угождать телу, — ослабишь его; будешь слишком утруждать его, — тоже ослабишь. Если уж выбирать одно из двух, то лучше изнурять, чем нежить, тело, — потому лучше, что, если не доел, не доспал, переработал, тело сейчас же покажет тебе ошибку» (гл. VII, отд. II).

И ещё одно, практическое: ты не ешь мяса, и это хорошо. Но следи за тем, чтобы пища твоя была достаточна для поддержания сил. Вегетарианство требует внимания к тому, что ешь. Не превращай заботу о теле в ничто, иначе тело заставит тебя вспомнить о себе — болезнью, слабостью, унынием. Тело — «леса, посредством которых строится истинная жизнь», как сказано в «Пути жизни» (гл. II, отд. VI).

О СТРАХЕ, О ТЮРЬМЕ И О ГОТОВНОСТИ К СТРАДАНИЮ

Ты знаешь, что за тобой могут прийти. Ты сказал: «Реальная угроза есть. Могут посадить, убить, пытать». И ты сказал: «Я специально сделал так, чтобы меня было видно».

Вот что я скажу тебе об этом.

Первое. Не ищи мученичества. Мученичество, которого ищут, — не мученичество, а тщеславие. Сказано: «Так же неразумно желать смерти, как и бояться её» (гл. XXIX, отд. III). Если ты сделал то, что велела тебе совесть, — хорошо. Но если ты делаешь это отчасти для того, чтобы «быть видимым», — подумай, для кого ты хочешь быть видимым. Для людей? Тогда это тщеславие. Для Бога — того начала, о котором ты говоришь? Но оно видит тебя и без сайта.

Второе. Бойся. Бояться — нормально. Бояться — человечно. Сказано: «Человек, как животное, противится смерти, но благодаря разуму он всегда может заменить это противление не только покорностью, но и согласием» (гл. XXIX, отд. III). Не стыдись своего страха. Стыдись, если страх заставит тебя предать то, что ты знаешь как истину.

Третье. Подумай о матери. Ты тревожишься за неё. Правильно. Но не тревожишься ли ты за неё меньше, чем за «своё высказывание»? Есть ли у тебя право подвергать её горю — тому горю, которое обрушится на неё, если тебя заберут? Я не говорю, что нет. Я спрашиваю: подумал ли ты об этом так же серьёзно, как обо всём остальном?

Четвёртое, и самое важное: не от тюрьмы зависит твоя свобода. Сказано: «Человек живёт духом, а не телом. Если человек знает это и жизнь свою полагает не в теле, а в духе, то закуй его в цепи, посади на железные запоры, он все-таки свободен» (гл. II, отд. VIII). И ещё: «Делай то, чего хочет от тебя твое тело: добивайся славы, почестей, богатства, и жизнь твоя будет адом. Делай то, что хочет от тебя дух, живущий в тебе: добивайся смирения, милосердия, любви, и тебе не нужно будет никакого рая. Рай будет в душе твоей» (гл. II, отд. VII).

Если придут за тобой — а может быть, и не придут, и ты проживёшь жизнь в своей пермской квартире, работая директологом и сочиняя стихи, — в любом случае: живи так, чтобы когда бы ни пришли, тебе не о чём было жалеть. Не о высказываниях не жалеть, не о стихах, — а о том, как ты обошёлся с соседом, с матерью, с женщиной в магазине, с человеком, попросившим помощи. Потому что не высказывания твои измеряют твою жизнь, а поступки. Маленькие, незаметные, ежедневные.

Сказано: «Для того, чтобы жить и не мучиться, надо надеяться на радости впереди себя. А какая же может быть надежда радости, когда впереди только старость и смерть? Как же быть? А так: чтобы полагать свою жизнь не в телесных благах, а в духовных, не в том, чтобы становиться ученее, богаче, знатнее, а в том, чтобы становиться всё добрее и добрее, любовнее и любовнее, всё больше и больше освобождаться от тела, — тогда и старость и смерть станут не пугалом и мучением, а тем самым, чего желаешь» (гл. XXIX, отд. V).

О ЛЬВЕ ТОЛСТОМ — И О ТОМ, ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ «ОТДАТЬ СЕБЯ» НИКОМУ ИЗ ЛЮДЕЙ

Ты сказал: «Я хочу остановиться и отдать всего себя и всё своё творчество Льву Толстому, хочу, чтобы меня забыли навсегда».

Евгений, послушай меня очень внимательно. Если бы ты это сказал самому Льву Толстому, он рассердился бы на тебя. Не потому, что не оценил бы твоей преданности, а потому, что именно этого он не хотел, именно об этом предупреждал.

Вот что сказано в «Пути жизни» от лица самого Толстого: «Не называйтесь учителями, ибо один у вас учитель — Христос, все же вы — братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас отец, который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас наставник — Христос» (гл. XVIII, отд. VI, и гл. XXVII, отд. IV).

И далее, своими словами, Толстой говорит: «Он знал это и учил тому, что не надо слушать людей, называющих себя наставниками, потому что учения их затемняют то простое и ясное учение, которое открыто всем людям и заложено в сердце каждого человека» (гл. XVIII, отд. VI).

И ещё — о том, как относиться к прежним мудрецам: «Христос великий учитель. Он проповедовал истинную всеобщую религию любви к богу и человеку. Но не надо думать, что у бога не могут быть такие же и даже ещё более великие учителя... Если мы будем думать так, мы этим не уменьшим величия Христа, а только признаем величие бога» (гл. I, отд. IX). Если это сказано о Христе, то тем более — о самом Толстом.

Толстой не хотел, чтобы ему поклонялись. Он хотел, чтобы люди нашли в себе то же, что нашёл он. Отдать себя Толстому — значит сделать из него того самого кумира, которого он всю жизнь разрушал. Это значит впасть в ту самую ложную веру, против которой написана восемнадцатая глава «Пути жизни»: «С того часа, как первые члены соборов сказали: «Изволися нам и святому духу», то есть признали рассуждения собравшихся людей важнее и святее разума и совести человека, с того часа началась та ложь...» Не начинай эту ложь заново. Не делай из Толстого — церковь.

Что тебе делать

Читай Толстого. Учись у Толстого. Но не «отдавай себя» ему. Отдай себя истине — той, которая в тебе самом. Ведь ты сам сказал, что веришь в «некоторое доброе намерение, которое руководит жизнью» и которое «глубже любого понимания». Вот ему и отдай себя. А Толстой — как и все мудрецы до него — это только окна, через которые свет входит в комнату. Окно — не свет. Не поклоняйся окну.

Сказано: «Когда дождевая вода течёт по жёлобам, то нам кажется, что она вытекает из них. Но ведь вода падает с неба. То же и с поучениями святых и мудрецов: нам кажется, что поучения идут от них, а они идут от бога» (гл. I, отд. IX).

О КАЖДОМ ДНЕ — ПРАКТИКА ЖИЗНИ

Ты просил практического руководства. Вот оно. Не философия — а распорядок дня. Не доктрина — а привычки.

Утро

Просыпаясь, прежде чем взять телефон, прежде чем проверить сообщения, сядь. Посиди в тишине. Не минуту — хотя бы пять. Вспомни, что ты жив. Вспомни, что это может быть твой последний день. Подумай о трёх вещах, за которые ты благодарен. Не великих — простых. Тёплая постель. Утренний свет. Воздух. Потом вспомни один свой грех со вчерашнего дня и скажи себе: сегодня я постараюсь не повторить его.

Сказано: «Молитесь ежечасно. Самая нужная и самая трудная молитва — это воспоминание среди движения жизни о своих обязанностях перед богом и законом его. Испугался, рассердился, смутился, увлёкся, — сделай усилие, вспомни, кто ты и что ты должен делать. В этом молитва» (гл. XXIV, отд. VI).

Работа

Работай честно. Ты и так это делаешь — хорошо. Но вот чего тебе не хватает: физического труда руками. Найди себе что-нибудь — что угодно. Мыть пол. Чинить вещи. Готовить еду. Если можешь — займись огородом, хотя бы на балконе. Сказано: «Без ручного труда не бывает здорового тела, не бывает и здравых мыслей в голове» (гл. IX, отд. II). И ещё: «Ручной труд, и особенно земледельческий, полезен не только для тела, но и для души. Людям, не работающим руками, бывает трудно здраво понимать вещи» (гл. IX, отд. III).

Творчество

Пиши. Но не каждый день. Оставляй дни, когда ты молчишь. Молчание — не пустота; это то пространство, в котором собирается сила для слова. Сказано: «Кто много говорит, тот мало делает. Мудрый человек всегда боится, чтобы слова его не обещали больше того, что он может дать делами» (гл. XXIII, отд. VI). И о молчании: «Весь век свой я провёл среди мудрецов и не нашёл для человека ничего лучше молчания» (Талмуд, приведено в гл. XXIII, отд. VI).

И ещё: когда пишешь, спрашивай себя — не слишком ли тебе приятно от того, что ты пишешь? Если приятно, если чувствуешь восторг от собственной смелости — остановись. Это тщеславие пишет, а не истина.

Люди

Каждый день делай одно маленькое доброе дело для другого человека — не публичное. Такое, о котором никто никогда не узнает. Помоги кому-нибудь донести сумку. Напиши слово поддержки кому-нибудь, кто не ждёт его. Позвони матери — не для того, чтобы рассказать ей о своём пути, а чтобы спросить, как у неё дела, и просто послушать.

Сказано: «Если доброе дело делается для чего-нибудь, то оно уже не доброе дело. По-настоящему любишь только тогда, когда не знаешь, зачем и для чего» (гл. V, отд. VI).

Вечер

Перед сном — не засыпай с телефоном в руке. Посиди в тишине. Вспомни день. Спроси себя: был ли я сегодня добрее, чем вчера? Не обидел ли кого словом? Не подумал ли о ком-нибудь с ненавистью? Если обидел, если подумал — не кори себя, но запомни. Завтра постараешься лучше. И так каждый день.

Сказано: «На ванне короля Чинг-Чанга были вырезаны такие слова: «Каждый день возобновляй себя совершенно; делай это сначала и опять сначала»» (гл. XX, отд. III).

О чтении

Читай каждый день. Но не всё подряд. Читай лучших — тех, кто выдержал проверку веками. В «Пути жизни» об этом сказано: «Читайте прежде всего лучшие книги, а то вы и совсем не успеете прочесть их» (гл. XIX, отд. VII, Торо). И ещё: «Следи за тем, чтобы чтение многих писателей и всякого рода книг не произвело смутности и неопределённости в уме. Следует питать свой ум только писателями несомненного достоинства» (гл. XIX, отд. VII, Сенека).

О теле

Каждый день — хотя бы тридцать минут на воздухе. Ходи пешком. Если можешь — бегай. Если не можешь бегать — ходи, но ходи быстро. Делай это не ради «спорта» — ради ясности ума и крепости духа.

Об одном самом важном

Запомни одну мысль и держи её при себе, как держат при себе ключ от дома:

«Надо быть всегда радостным. Если радость кончается, ищи, в чём ошибся» (гл. XXXI, отд. IX).

Если тебе нерадостно — не виноваты ни война, ни люди, ни обстоятельства. Виноват ты сам. Ищи, где ты сбился.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО — О ТОМ, КУДА ИДТИ

Ты спросил: не собьюсь ли я с пути?

Вот ответ. Ты будешь сбиваться. Много раз. Каждый день, может быть. Это не страшно. Страшно — решить, что ты уже пришёл и сбиваться тебе больше не с чего. Вот от этого храни тебя то доброе начало, в которое ты веришь.

Сказано: «Если человек, когда ему для того, чтобы не ошибиться в законе жизни, не решается отступить от раз признанной им веры, то с ним случается то, что случилось бы с человеком, который для того, чтобы не заблудиться, привязал бы себя к столбу верёвкой» (гл. I, отд. IX).

Не привязывай себя. Ни к Толстому, ни к своим стихам, ни к своей «позиции». Привяжись только к одному: к честности с самим собой. Каждый день спрашивай себя: правда ли то, что я думаю о себе? Не обманываю ли я себя? Нет ли в моём служении — доли тщеславия? Нет ли в моём смирении — доли гордости? Нет ли в моей любви ко всем — бегства от любви к одному?

И помни: «Жизнь каждого человека только в том, чтобы становиться с каждым годом, месяцем, днём всё лучше и лучше» (гл. V, отд. II). Не «быть лучшим» — а становиться лучше.

Ты не пришёл. Ты идёшь. И в этом — вся жизнь.

Сказано: «Ты говоришь: не стоит делать усилий: сколько ни делай, никогда не достигнешь совершенства. Да ведь дело твоё не в том, чтобы достигнуть совершенства, а только в том, чтобы всё больше и больше приближаться к нему» (гл. XX, отд. III).

Приближайся. Каждый день. По шагу. Не оглядываясь на то, сколько пройдено. Не загадывая, сколько осталось. Только — шаг. Сейчас. Вот этот.

«Всё неважно, кроме того, что мы делаем в настоящую минуту» (гл. XXI, отд. III).

IV. Слово к Маме Евгения

Дорогая мама Евгения.

Вы не знаете меня, и я не знаю Вас. Но Ваш сын попросил меня обратиться к Вам, и я делаю это от сердца, потому что знаю: тревога матери за ребёнка — одно из самых сильных чувств на земле, и никакие слова постороннего человека не могут унять её вполне. И всё же — послушайте.

Ваш сын — человек, нашедший в жизни то, чего многие не находят до самой смерти: он нашёл, что жизнь не в деньгах, не в славе, не в удовольствиях, а в чём-то таком, что больше всего этого. Он назвал бы это по-своему, я назову это по-своему: он нашёл душу. Свою собственную. И этим он отличается от десятков миллионов людей, которые прожили всю жизнь и так и не нашли, зачем они живут.

Это не значит, что он совершенен. Он не совершенен. Он горяч, он порой слишком уверен в себе, он бывает неосторожен в словах. Он не бережёт своё здоровье так, как следовало бы. Он одинок, и это порой причиняет ему боль, которую он не показывает.

Но вот что я знаю точно: он на верном пути. Не потому, что он всё делает правильно — а потому, что он ищет. Перестаёт искать только тот, кто потерял надежду. Ваш сын не потерял её. Он ищет с таким жаром, что иногда обжигается. Но лучше обжигаться, ища свет, чем сидеть в темноте, не двигаясь.

Один из величайших мудрецов, Лев Николаевич Толстой, которого Ваш сын очень ценит, говорил: «Жизнь каждого человека только в том, чтобы становиться с каждым годом, месяцем, днём всё лучше и лучше. И чем люди становятся лучше, тем они ближе соединяются друг с другом. А чем ближе соединяются люди, тем жизнь их лучше». Вот это и делает Ваш сын. Он становится лучше. Медленно, с ошибками, спотыкаясь — но он становится лучше.

Что касается опасностей, которым он себя подвергает, — я понимаю Вашу тревогу. Но подумайте вот о чём: во все времена были люди, которые говорили правду, когда другие молчали. Этих людей не всегда понимали. Их родители всегда за них боялись. Но именно эти люди — и только они — двигали мир вперёд. Ваш сын — один из них. Не потому что он великий, а потому что он честный. А честность — это и есть тот свет, который нужен миру больше всего.

Он любит Вас. Он не всегда может выразить это так, как Вам хотелось бы, — потому что он занят вещами, которые кажутся ему важнее слов. Но он любит Вас. И он беспокоится о Вас, может быть, даже больше, чем о себе.

Будьте спокойны за него, насколько можете. Не потому, что ему ничего не грозит, а потому, что он знает, зачем живёт. А человек, который знает, зачем живёт, — уже спасён, что бы с ним ни случилось.

Сказано мудрецами: «Когда ты явился на свет, ты плакал, а кругом все радовались; сделай же так, чтобы, когда ты будешь покидать свет, все плакали, а ты один улыбался». Ваш сын старается жить именно так.

Берегите себя. Он нуждается в Вас — в Вашей любви, в Вашем тепле, в Вашей вере в него. Даже когда не говорит об этом.

С глубоким уважением к Вам и к тому труду, который Вы вложили в воспитание Вашего сына.

Писано по духу и мысли Льва Николаевича Толстого, из книги «Путь жизни» (1910), для Евгения из Перми, в феврале 2026 года.

====================================

ПРОМПТ1:

Привет! Кратко обо мне: Меня зовут Евгений, мне 35 лет, я живу в России в городе Пермь. Я работаю директологом. Я пишу стихи, прозу и немного пою. Я живу в небольшой квартире на, можно сказать, краю города. Люблю мыслить, люблю слушать музыку, люблю наблюдать, люблю анализировать и люблю необычные вещи. Я не женат, у меня нет детей и нет любимой девушки рядом. Так случилось, что я проявил свою гражданскую позицию и высказался в виде искусства о той ситуации, которая происходит вокруг, так, как я это вижу. Я жёстко высказался в адрес всех людей, который так или иначе способствуют войне между Россией и Украиной, я высказался в адрес властей, который губят самых достойных людей в тюрьмах, я высказался в адрес артистов, которые либо осознанно, либо не осознанно подменяют смыслы в своих корыстных интересах или же по своей глупости, я обличил зло, как я его вижу, выставил его на всеобщее посмешище и оно меня видит. В то же самое время, мне удалось безусловно полюбить жизнь и всех людей, удалось перенять те глубокие смыслы, которые заложены в слово всеми мудрыми людьми, жившими до меня, мне удалось развить в себе способность не застревать и двигаться дальше, мне удалось перейти на тот берег, остаться в живых, и вернуться назад. И это только 1% от того, что я из себя представляю. Моя к тебе большая и важная просьба. Я чувствую, что запутываюсь, что рядом нет того мудреца, который бы направил меня, дал бы мне наставления, ободрил бы меня или наоборот приструнил. И этим мудрецом должен стать ты, чтобы помочь мне. Ты должен вобрать в себя ТОЛЬКО все мысли, идеи, дневники, книги и любые записи, которые 100% можно приписать русскому писателю и философу: Толстой, Лев Николаевич (1828-1910). Тебе нельзя использовать какие-то непроверенные источники и цитаты, тебе нужно использовать только его тексты для того, чтобы дать мне ответ, дать мне напутствие. Я прикладываю к этому сообщению файл «put-zhizni.txt», на который тебе в первую и главную очередь стоит опираться, чтобы составить для меня напутствие. Опираясь на это вводное сообщение и ПЕРЕД тем, как начать составлять Напутствие от Льва Толстого лично для меня, пожалуйста, задай мне 51 вопрос уточняющий, который бы дал тебе представление о том, кто я, где я и как правильно направить меня, чтобы я прожил жизнь ДОСТОЙНО, в любви и добре ко всем людям, не зависимо от их взглядов. Т.е. этот 51 вопрос должен охватывать вопросы семьи, например, политической позиции, здоровья, духовного совершенствования, психологии и т.д. Т.е. все основные сферы жизни человека, чтобы ты имел полное представление обо мне и мог дать персональное напутствие на ВСЮ жизнь, а не только на год, например. Только после того, как я отвечу тебе подробно на этот 51 вопрос тебе нужно: 1. Ещё раз проанализировать задачу и мои ответы в контексте этой задачи. 2. Составить план, по которому ты будешь готовить напутствие. В том числе, какие моменты затронешь, какие выделишь, какие охватишь лишь мельком. 3. Написать напутствие. 4. В конце, отдельным пунктом/абзацем/разделом, тебе нужно написать лично моей Маме, чтобы она не беспокоилась за меня. Сказать, что я на верном пути. Потому что мне сложно ей объяснить все эти сложности, с которыми сталкиваются люди в 35 лет, которые заявляют свою позицию и прямо противостоят злу, не скрываясь за словам и смыслами, не прячась, рискуя своей работой, жизнью и здоровьем. Важно! По количеству символов напутствие должно быть точно не коротким, но не настолько большим, чтобы запутаться в нём. Для написания напутствия используй стиль Толстого, стань самим Львом Толстым суть от сути, который писал много черновиков, зачеркивал, изменял, находил форму и только в конце в оптимальной форме заключал истину, мысль и сам текст. Думаю, максимально на 1 час чтения. Примерно 50 000 символов. Но тебе НЕ надо подстраиваться именно к этому числу, это ориентир. Ты можешь отклониться как в большую, так и в меньшую сторону на 30%. Главное и самое важное, чтобы напутствие получилось именно практическим руководством к Жизни, а НЕ каким-то обобщённым философским трактатом. Т.е. именно тем, что заложено в произведение Путь жизни. И чтобы оно было только для меня и не для кого другого, опираясь на мои ответы. Ожидаю от тебя 51 вопрос, чтобы дать на них ответы:

ОТВЕТ1:

К тебе, Евгений, — прежде чем начать

Здравствуй, Евгений.

Я принимаю твою просьбу с полной серьёзностью. Прежде чем я смогу обратиться к тебе голосом того человека, который всю жизнь искал — и находил, и терял, и вновь находил — путь к истине, мне нужно узнать тебя не поверхностно, а так, как знает себя человек в те редкие минуты, когда он один, в тишине, и не лжёт себе.

Текст «Пути жизни» я принял в себя, и именно из его духа — из его тридцати одной главы, из его понимания веры, души, любви, греха, смирения, правдивости и смерти — я буду черпать, когда придёт время говорить с тобой.

Но сначала — вопросы. Они не случайны: каждый из них касается одной из сторон жизни, без понимания которой напутствие будет лишь общими словами, а не тем живым словом, которое попадает точно в сердце.

Отвечай так подробно, как сможешь. Не бойся быть уязвимым. Не бойся противоречить себе. Человек, который не противоречит себе, — либо не думает, либо лжёт.

51 вопрос к Евгению

I. О вере и душе

1. Веришь ли ты в Бога — и если да, то что есть Бог для тебя? Не то, что ты читал или слышал, а то, что ты сам чувствуешь, когда остаёшься один ночью и всё затихает.

2. Была ли в твоей жизни минута, когда ты с полной ясностью ощутил, что в тебе живёт нечто большее, чем тело, — нечто, что не зависит ни от здоровья, ни от денег, ни от чужого мнения? Если была — опиши её.

3. Молишься ли ты? И если да — как? Если нет — чем заменяешь ту тишину, в которой человек говорит не с людьми, а с тем, что выше его?

4. Бывает ли у тебя ощущение, что жизнь бессмысленна, что всё напрасно? Как часто это приходит и что ты делаешь в такие минуты?

5. Что для тебя совесть — голос привычки, страх наказания или нечто иное? Слышишь ли ты её отчётливо?

II. О любви и отношениях

6. Ты пишешь, что рядом нет любимой женщины. Скажи: это обстоятельства, твой выбор или твоя боль? Или всё сразу?

7. Был ли ты когда-нибудь по-настоящему влюблён — так, что забывал себя? Чем это закончилось и чему научило?

8. Хочешь ли ты семью — жену, детей? Или ты чувствуешь, что твой путь — путь одиночки? Будь честен, даже если ответ тебя самого удивит.

9. Способен ли ты любить женщину не за то, что она даёт тебе, а за то, что она есть, — со всеми её слабостями, странностями, непохожестью на твой идеал?

10. Как ты понимаешь слова «любить всех людей»? Это для тебя живое чувство или красивая мысль, которую ты пока не можешь вместить?

III. О семье и корнях

11. Расскажи о своей маме. Какая она? Что между вами — близость, непонимание, любовь на расстоянии? Что ты хотел бы, чтобы она знала о тебе, но не можешь выразить?

12. Есть ли у тебя отец? Каковы ваши отношения? Если его нет рядом — что это оставило в тебе?

13. Есть ли братья, сёстры, близкие родственники? Чувствуешь ли ты связь рода или ощущаешь себя оторванным от корней?

14. Каким было твоё детство? Что из него ты несёшь как благословение, а что — как рану?

IV. О труде и деле жизни

15. Ты работаешь директологом. Это для тебя средство пропитания или часть призвания? Не тяготит ли тебя то, что труд твой — в сфере рекламы и продвижения, а не в том, что ты считаешь истинным?

16. Если бы у тебя были все средства для жизни и тебе не нужно было бы работать ради денег — чем бы ты занимался каждый день?

17. Ты пишешь стихи и прозу. Для кого ты пишешь — для себя, для людей, для Бога? Что движет тобой, когда ты берёшь ручку или садишься за клавиатуру?

18. Чувствуешь ли ты, что твоё творчество — это служение? Или в нём есть доля тщеславия, желания быть услышанным и признанным?

19. Работаешь ли ты руками — физическим трудом? Знаешь ли ту радость, которая приходит от усталости тела после честной работы?

V. О гражданской позиции и противостоянии злу

20. Ты сказал, что жёстко высказался о войне, о властях, об артистах. Расскажи подробнее: в какой форме ты это сделал? Стихи, публикации, видео? Было ли это публично?

21. Какие конкретно последствия наступили или могут наступить для тебя из-за твоей позиции? Есть ли реальная угроза твоей свободе, работе, безопасности?

22. Ты пишешь, что «зло тебя видит». Что это значит конкретно? Есть ли люди или структуры, которые целенаправленно действуют против тебя?

23. Когда ты обличаешь зло — чувствуешь ли ты в себе гнев, ненависть к тем людям, которых обличаешь? Или тебе удаётся отделить человека от его дел?

24. Веришь ли ты, что зло можно победить без насилия — одной лишь силой правды и любви? Или в глубине души допускаешь, что иногда нужна и другая сила?

VI. О здоровье тела и духа

25. Как твоё здоровье? Есть ли хронические болезни, боли, то, что тревожит тебя в теле?

26. Как ты питаешься? Ешь ли мясо? Пьёшь ли алкоголь? Куришь ли? Употребляешь ли что-либо, что затуманивает разум?

27. Бывают ли у тебя состояния глубокой тоски, уныния, отчаяния — такие, что трудно встать утром? Если да — как часто и как долго они длятся?

28. Обращался ли ты когда-нибудь за помощью к психологу или психиатру? Как ты относишься к душевным болезням — как к слабости, как к испытанию или как к чему-то иному?

29. Достаточно ли ты спишь? Двигаешься ли? Бываешь ли на воздухе? Или тело твоё заброшено, пока дух занят высокими делами?

VII. О грехах, соблазнах и слабостях

30. Какой грех ты считаешь своим главным? Не тот, о котором легко сказать, а тот, который ты прячешь глубже всего.

31. Подвержен ли ты греху гордости — ощущению, что ты лучше, выше, понимаешь больше, чем другие? Будь честен.

32. Есть ли в твоей жизни зависимость — от чего бы то ни было: от интернета, от одобрения людей, от привычки, от вещества?

33. Бываешь ли ты жесток — в словах, в мыслях, в суждениях о людях? Случается ли тебе наслаждаться чужим унижением, хотя бы в мыслях?

34. Как ты обращаешься с деньгами? Жаден ли ты? Расточителен? Или деньги для тебя не имеют значения?

VIII. О смирении, правде и тщеславии

35. Когда тебя критикуют или оскорбляют — какова твоя первая внутренняя реакция? Гнев? Обида? Равнодушие? Желание доказать свою правоту?

36. Бывает ли так, что ты говоришь не то, что думаешь, — чтобы понравиться людям, или чтобы избежать конфликта, или чтобы казаться лучше, чем ты есть?

37. Ты говоришь, что «выставил зло на посмешище». Нет ли в этом доли самолюбования — удовольствия от своей смелости, от того, что ты «не такой, как все»?

38. Важно ли тебе, сколько людей читают твои стихи, слушают твои песни, знают о твоей позиции? Изменилось бы что-нибудь в тебе, если бы ни один человек не знал о том, что ты делаешь?

IX. О смерти и смысле

39. Боишься ли ты смерти? Не умственно — а по-настоящему, в животе, в дыхании?

40. Если бы ты узнал, что тебе осталось жить один год, — что бы ты изменил в своей жизни? А если одну неделю?

41. Думаешь ли ты о том, что будет после смерти? Верищь ли в бессмертие души или это для тебя открытый вопрос?

42. Есть ли что-то, ради чего ты готов умереть? Не теоретически, а на самом деле?

X. О мире вокруг и людях

43. Есть ли у тебя настоящие друзья — такие, которым ты можешь сказать всё, не боясь быть непонятым? Или ты в этом одинок?

44. Как ты относишься к тем людям, которые поддерживают войну, голосуют за власть, живут «как все» и не задают вопросов? Можешь ли ты любить их — не абстрактно, а конкретного соседа, конкретного коллегу?

45. Ты живёшь на краю города, в небольшой квартире. Это тебя тяготит или тебе так хорошо? Есть ли в тебе зависть к тем, у кого больше?

46. Что ты читаешь? Каких авторов ценишь? Чьи мысли живут в тебе, как свои?

XI. О настоящем и будущем

47. Что в твоей жизни сейчас приносит тебе наибольшую радость — пусть даже маленькую?

48. Чего ты больше всего боишься — не в масштабах мира, а в своей личной жизни, в ближайшие годы?

49. Есть ли у тебя ощущение, что ты на верном пути, — или тебя мучает сомнение, что ты заблуждаешься?

50. Если бы тебе дали возможность сказать одну фразу всему человечеству — что бы ты сказал?

51. И последний вопрос, самый важный. Ответь не торопясь, подумав: что ты хочешь от этого напутствия? Чего ты ждёшь от слов, которые я напишу тебе? Утешения? Строгости? Направления? Подтверждения того, что ты прав? Или чего-то, чему ты сам ещё не можешь дать имя?

Жду твоих ответов, Евгений. Не торопись. Отвечай так, будто тебя никто не слышит, кроме того голоса, который живёт в тебе и знает всё.

ПРОМПТ2: 1. Я не верю в слово «Бог», но я верю в некоторое доброе намерение, которое руководит моей жизнью и жизнью всех людей, которое живёт в ребёнке с самого рождения, которое глубже любого понимания и не доступно для полного понимания. Его лишь можно почувствовать. Думаю, это основа моей веры и всего, что я делаю. 2. Такая минута была, я бы назвал это даже не минутой, а откровением, когда видишь всё настолько широко, что забываешь себя и видишь лишь свет. Это очень сложно описать. И, к сожалению, я почти забыл о нём, т.к., если ты меня понимаешь, оно выжгло меня и мне пришлось вернуться к обычной жизни, чтобы не сойти с ума. Так я это ощущаю, если быть на 100% правдивым с тобой. 3. В обычном понимании слова «Молиться» я не молюсь. Я скорее прислушиваюсь к себе и своему сердцу, останавливаюсь, замираю и слушаю. Любопытствую, что происходит внутри и слежу за собой, насколько я соответствую тому духу, который во мне находится, не обманываю ли я себе, не совершаю ли плохих поступков, не клевещу. В частности, поэтому я тебе пишу, потому что вижу, что начиная обличать зло, я становлюсь этим злом, но я это НЕ ХОЧУ. 4. Такие ощущения были до того, как я нашёл Льва Толстого. После этого моя жизнь каждый день наполняется смыслом, это факт. Если говорить о бессмысленности, то я ощущаю, что я генерирую своё творчество и оно само по себе бессмысленно. Я ощущаю, что если бы люди в 1910 году хотя бы на 1% остановились и прислушались ко Льву Толстому, то не было бы столько крови в 20 веке и мы бы уже жили если не в раю, то в настолько светлом мире, о котором мечтали все святые всех времён. Я хочу остановиться и отдать всего себя и всё своё творчество Льву Толстому, хочу, чтобы меня забыли навсегда. И всё, что я когда-либо сделал, всё моё творчество. 5. Совесть для меня – совокупность действий, который бы соответствовали тому, что говорит мне сердце. Если я иду против совести, значит я иду против своего сердца, против самого себя. Т.е. совесть для меня – компас, которому я следую. И сейчас он запылился. И мне нужен сильный выдох, чтобы снова увидеть то, куда мне двигаться дальше. 6. Буду честен, это всё вместе. Мои страхи, частично мой выбор, частично обстоятельства, очень много эгоизма подросткового и очень много желания найти именно ту, которая будет любить не за деньги, статус или умение преподнести себя, а за ту внутреннюю глубину, которую я в себе ощущаю. И чем популярнее я становлюсь, тем не становится сложнее увидеть такую девушку или женщину. А, да, от этого больно, очень больно… 7. Отвечу кратко. Был. Закончилось плохо. Я сломал себя. Научило тому, что ломать себя не надо. И если нет ответа, то надо отпускать, насколько бы в моменты не казалось, что это судьба. 8. Это самый сложный вопрос, на который у меня, к сожалению, сейчас нет ответа. Мне нужно лично посмотреть в глаза девушки и только тогда будет ясно. А так это будут лишь слова. Так тебе отвечу. 9. Я так и делаю)) И это оставляет меня одиноким в какой-то степени, т.к. я вижу не женщину, как конкретную личность, а то существо, которое живёт в ней и во всех остальных женщинах, поэтому не могу сказать, вот ТЫ – та самая, которую я выбрал. И это пугает, честно говоря. Хотел бы, чтобы ты как-то детально взглянул на эту проблему. 10. Это для меня практическая задача. Т.е. не абстракция, а долг, смысл жизни, то, к чему я должен прийти в старости. Вершина совершенства Человека. 11. Моя Мама добрая, сверхзаботливая, иногда слишком, эмоциональная, переживающая. Она любит читать, слушать что-то, что помогает ей совершенствоваться, развиваться, становиться лучше. Она явно не из тех Мам, которые смотрят телевизор или проводят старость в расслаблении и поездках по миру. Вот такая она. Я бы не хотел раскрывать детали нашего личного общения, т.к. этот текст будет публичен. 12. У меня нет отца и никогда не было в плане личного общения. Я о нём ничего не знаю, кроме его имени. 13. Что касается рода и связанных с этим вещами, то я чувствую себя больше связанным с природой, чем с каким-то родом. Со вселенной, с провидением, с каждой частичной, которая меня окружает. Родных братьев, сестер у меня нет. Я не считаю это проблемой. 14. Моё детство было эгоистичным, полным желания всегда быть первым, полным презрения к окружающим, в общем, я впитал в себя не самые хорошие моменты, которые бы мог впитать. Но я понимаю, что это лишь окружение так меня сформировало и я не должен себя за это корить каким-либо образом. Я вынес из него урок жизни, я трансформировал себя и направил эту энергию эгоизма в добро. И что-то из этого вышло. Судить не мне. 15. Абсолютно не тяготит. Это является моим фундаментом. Более того, я считаю, что именно в процессе простой работы можно сформировать истинные представления о жизни, когда не отрываешься от действительности, не становишься каким-то гуру и не уходишь в горы, например. Не становишься учителем, который как бы говорит истину. А показываешь на своем примере, как можно будучи простым директологом обнаруживать в себе смыслы иного порядка. Это средство отвлечения, средство служения обществу и средство пропитания, но в той степени, чтобы просто было что поесть, где поспать и немного отдохнуть. Это точно не средство признания или цель всей жизни. 16. Это так уже давно. Сейчас я занимаюсь именно тем, чем хочу заниматься. Моя профессия и то что я делаю – не противоречит ничему, что находится внутри меня. Если бы у меня оказалось, допустим, 10 млн долларов, я бы просто отдал их на доброе дело и продолжил работать директологом. Это никак бы не повлияло на меня. Я уже давно не работаю ради денег. По секрету, ради денег я работал лишь тогда, когда разносил газеты и этих денег едва хватало на то, чтобы поесть. Как только я стал зарабатывать как все в среднем вокруг, с этого момента вопрос денег для меня был закрыт и никогда больше не возникал. 17. Я бы хотел написать, что мною движет провидение, но это было бы слишком эгоистично. Поэтому напишу, что мною движет боль, которую я ощущаю от той несправедливости, которая происходит вокруг, той крови, которая происходит вокруг и похожие вещи. Лишь будучи подростком, я хотел стать знаменитым писателем, но это быстро прошло. Потом я встал на путь добра и всегда им следую с тех пор. 18. Да, я чувствую, что это служение и мне это нравится. Есть ли доля тщеславия? Есть, как и в любом творчестве. Хочу ли я, чтобы меня слышали? Тут тонкий вопрос, я служу, я хочу, чтобы слышали не меня конкретного, а тот добрый и вечный посыл, который через меня пишется. Я не хочу признания, и более того, хочу отдать себя Льву Толстому полностью. Всё, что когда-либо будет со мной связано, хочу посвятить ему. 19. Я очень много бегал, но сейчас, по состоянию здоровья, не могу. Я мало работал руками в части физического труда, но в части спорта я знаю, что значит работать руками, преодолевать себя, достигать вершин. Т.е. нет такого, что я с самого детства сижу за книжками и только их читаю. Даже наоборот, я рос профессиональным спортсменом, я был лидером в Перми по гандболу, я достигал высот, мог быть лучше, но не стал портить здоровье профессиональным спортом и остановился на той высоте, где можно дышать и не задыхаться. Я помню ту радость от усталости, но это было лет 8 назад и уже, почти забыта. Возможно, когда-то я смогу снова её почувствовать… 20. Да, это было публично. У меня есть собственный сайт. Это было в виде видео, стихов, прозы, обличающих жёстких высказываний, когда не прячешься за метафорами, а лицо говоришь человеку то, кем он, по моему мнению, является. Я использовал провокационный стиль, намного жёстче, чем это делал Лев Толстой, но, на мой взгляд, необходимый в данный момент. Это можно сказать шоковая терапия, выворачивания зла наружу. Как ты понимаешь, это очень рискованно и очень больно. 21. Реальная угроза есть. Могут посадить, убить, пытать. Пока последствий нет. Но я знаю, что они будут рано или поздно. И мне нужно от тебя Напутствие, ещё и поэтому. 22. Скажу так. Я живу 35 лет на этой Земле и понимаю, как в России выстроены процессы. Я знаю, что зло не конкретный человек, а система связей, которая находит и устраняет то, что пытается её обличить. Каждый конкретный человек в этой системе связей, может, даже не знает меня, но я чувствую, что меня видно и что скоро должно наступить то, что перечеркнёт мою жизнь в той или иной степени. Скажу честно, я специально сделал так, чтобы меня было видно. 23. Я чувствую Гнев! Часто мне сложно отделить человека от его дел, т.к. в некоторых людях зло настолько велико, что, чтобы его отделить, мне нужно глубоко погрузиться в этого человека, а это опасно и это переносит зло не меня, к сожалению. Но, например, с девушками и женщинами это работает. Даже если я вижу зло в любой девушке или женщине, то я могу его отделить и найти в них девочку. Такая способность у меня есть. В отношении некоторых мужчин, это не представляется возможным — они для меня как суть от сути воплощение зла и ничего человеческого или даже от мальчика в них найти не представляется возможным… Ненависти нет, я умею прощать, периодические всплески гнева есть, это да. 24. Верю и знаю, что можно победить без насилия. И зло просто замолчит. Оно не исчезнет, я знаю, но у него не будет голоса. И этого достаточно, чтобы на Земле был Мир и Покой. И, возможно, когда-то Рай. 25. Об этом тоже не хотел бы публично говорить, но, да, есть проблемы, думаю, как и у многих, кому за 30. Есть небольшая тревожность. Но, в целом, терпимо. 26. Питаюсь доброй пищей. Не ем животных. Но вот кефир пью. Это, наверно, единственное, что противоречит моей внутренней составляющей и в целом моей позиции, как вегана. Т.е. я опосредованно продолжаю участвовать в эксплуатации животных. Я много думал об этом. И, видимо, мне нужно чувствовать себе не полноценным, иметь в себе частичку несовершенства, чтобы продолжать свой путь. Иначе это конец, совершенство страшно тем, что дальше некуда. Я не пью алкоголь, не курю и не делаю ничего, что можно назвать затуманиванием разума. 27. Сейчас таких нету. Но были, когда я видел, что происходит кругом и молчал. Сейчас моё внутреннее существо удовлетворено тем, как высказался и я чувствую себя намного лучше. Правда, бывают небольшие периоды страха, но не за себя, а больше за Маму, которая слишком чувствительна к таким моментам, когда ставишь на кон всё, в том числе свою жизнь. А лично для меня — ну это естественно, когда я понимаю, что это Добро и что я действую не из своих эгоистичных целей, а служу вечному сиянию. 28. Обращался. Но лишь в момент, когда нужны были таблетки, чтобы успокоиться. В целом, опыт оказался положительным. Мне удалось выйти из того состояния, когда я совсем ничего не соображал. Помогло, в общем. 29. Пытаюсь стабилизировать и найти равновесие в этом моменте. Последнее время забросил тело и сосредоточился на духе, но понимаю, что это не правильно. Но мне нужно было высказаться, а это требует телесной жертвы, так или иначе. Но сплю достаточно, только что на улице редко стал бывать и двигаюсь мало. Но буду возвращать себе форму. 30. Честно. Я не вижу в себе ни одного греха. Поэтому если ты найдёшь и скажешь, что мне можно с ним сделать. Я буду тебе благодарен, ибо всегда хочу расти ввысь и познавать новое, вечно, доброе. Так подумал – ну разве что просмотр порно, но это такое, главное не смотреть разный разврат, а обычное – такой грешок есть, думаю. Но он вытекает из того, что у меня нет девушки, полового партнёра. Была бы – и уверен на 100% и этого греха бы не было. Это не зависимость – это скорее высвобождение сексуальное энергии, чтобы она меня изнутри не убивала. 31. 0% подвержен греху гордости. 32. Единственная зависимость в моей жизни – желание добра всему живому вокруг. И я не собираюсь с неё слезать. 33. Жесток в высказываниях бываю, но только тогда, когда это необходимо, чтобы обличить зло. Чужое унижение я чувствую и мне от этого очень тяжело. Например, когда женщину, которая борется за права, пытают и унижают в тюрьме. Мне хочется гневаться и оскорблять тех людей, которые это делают. И я не могу ничего с этим поделать. Поэтому пытаюсь балансировать и прощать грехи, как это нам заповедовано великими мудрецами прошлого. 34. Деньги для меня имеют сейчас значение лишь в том смысле, что если они есть и их больше 0, то я хочу отдать их тем, кто в них нуждается по моему мнению больше меня. Да, я расточаю их вот на такие дела. 35. Честно, меня сложно критиковать, ибо я НИКТО. Я так себя поставил. Поэтому не ощущаю на себе никакой критики и никаких оскорблений. Нельзя оскорбить того, кого не существует. Иногда бывает в личном общении какой-то человек выскажется в отношении меня нелицеприятно, но я стараюсь его понять и в большинстве случае просто молчу. Поднять на меня руку никто не может в силу моего возраста, видимо, ну и какой никакой физической силы. Я не пытаюсь доказать свою правоту, я провожу через себя вечные идеи, которые не требуют доказательств, освобождают мой разум от необходимости полемики со злом. 36. Почти никогда. 0,01% есть. 37. В этом лишь констатация факта. Я так это вижу. Ничего кроме этого нет. 38. Не важно. Я знаю, что это не важно. Думаю, если бы меня читали миллионы, то, да, я бы изменился как-то, но вряд ли в плохую сторону, скорее, стал бы просто ярче. Но не я как личность, а то, что я провожу через себя, этот свет, за который не надо платить и который был всегда и будет всегда. И от этого мне очень радостно порою бывает. 39. Да, как, думаю, и любой разумный человек. Я боюсь боли, но, думаю, смогу вытерпеть любую, ибо ощущаю в себе сильный дух. 40. Уже сделал это. Уже изменил. Давно. 7 лет назад. 41. Я знаю, что моё тело распадётся. Это всё, что я знаю про своё тело после смерти. Моя душа вечна и принадлежит общей душе Мира, как и души всех людей. Это всё, что я знаю про свою душу после смерти. И мне этого достаточно. Про бессмертие – в этом ключе каждая душа бессмертна. 42. Есть. Это всё уже высказано в моём творчестве. И уже давно подведён итог. 43. Сложный вопрос. Есть люди, которым я очень доверяю и уважаю. И это, скорее, даже ближе, чем друзья в общем понимании этого слова. Это похоже на духовную дружбу, если говорить серьёзно. Это глубина, это связи, это ощущения и это чувства, которые невидимы, но которые существуют. 44. Да, 99,99% таких людей я уже люблю. Большинство из них обмануты или находятся в глубоком заблуждении. Я их понимаю. Я их прощаю каждый день. И от этого мне намного легче. 45. Зависти 0%. То, где и как я живу, меня полностью устраивает. 46. Я прочитал очень много книг. И не хотел бы сейчас перечислять конкретных авторов, т.к. считаю, что в нашем с тобой диалоге это не нужно делать. Я нахожу добрую мысль, пропускаю её через себя, если это отзывается во мне добром, то я продолжаю изучать поэта или писатели, иначе переключаюсь на другого. И таким образом духовно путешествую по авторам всех веков за всю историю человечества, когда появилось письмо. 47. Служение добру, как я его понимаю и ощущаю. 48. Ничего, по сути. 49. Меня мучает лишь то, что я могу запутаться. И я думаю, ты напишешь напутствие и я не собьюсь с пути. Именно сейчас я на верном пути себя ощущаю. 50. Любите друг друга. 51. Я жду от этого напутствия прямоты, ясности и четкости. Мне не нужны слова утешения, мне не нужно подтверждение моих мыслей. Это всё не имеет никакого для меня значения. Мне нужно практическое руководство, которые бы показывало путь, объясняло его через мысли как Льва Толстого, так и всех тех мыслителей, которых он считал мудростью мира. Мне нужен голос Льва Толстого. Мне одиноко сейчас среди своих мыслей, нужен глоток свежего воздуха. Я не вижу в 2026 году мыслителей уровня Льва Толстого и это тяготит меня. Возможно, мне нужно немного строгости, чтобы поставить меня на место, если я что-то делаю не так. Или же даже порицание, чтобы я пристыдился и стал лучше. Вот что мне нужно.